1.4. Актуальные вопросы взаимосвязи и координации политики в области под/фт/фрому и антикоррупционной политики в ЕврАзЭс*(152)
По оценкам международной организации Tax Justice Network, представители частного сектора в связке с высокопоставленными коррумпированными чиновниками за последние 15 лет по всему миру присвоили и отмыли порядка 25 трлн. долл.*(153). По оценкам ряда экспертов, данная сумма составляет примерно половины ВВП планеты.
С учетом того что все национальные системы ПОД/ФТ стран ЕврАзЭС в той или иной степени ориентируются на российскую систему, а в наследство от бывшего СССР странам ЕврАзЭС достались схожие правовые, организационные, институциональные основы систем в самых различных областях, включая государственное управление, то можно говорить о том, что и специфика коррупционной системы в странах ЕврАзЭС также будет чрезвычайно близка.
Согласно экспертным оценкам*(154), наиболее известные резонансные дела в России - хищение средств из Банка Москвы (более 5 млрд. долл.), БТА-банка и АМТ-банка (порядка 4 млрд. долл.), Межпромбанка (порядка 3 млрд. долл.), банков "Глобэкс" и Связь-банк (порядка 3 млрд. долл.), группы банков ВЕФК (свыше 1 млрд. долл.), Конверсбанка (более 0,7 млрд. долл.), Универсального Банка Сбережений (свыше 1 млрд. долл.), группы "банков Урина" (свыше 0,5 млрд. долл.), Финансово-лизинговой компании (свыше 0,5 млрд. долл.), банка Электроника (порядка 0,4 млрд. долл.), Росукрэнерго (порядка 4 млрд. долл.), Россельхозбанка (свыше 2 млрд. долл.), Оборон-сервиса (порядка 0,4 млрд. долл.), Росагролизинга (порядка 1 млрд. долл.), банка "Российский капитал" (порядка 0,3 млрд. долл.) и т.д. Всего за 10 лет из России, по данным Tax Justice Network, выведено до 700 млрд. долл., что составляет порядка 3% от мирового объема "грязных денег"*(155).
Остановимся подробнее на понятии "коррупция" и его взаимосвязи со сферой ПОД/ФТ. Если говорить о взаимосвязи антикоррупционной политики и политики ПОД/ФТ, то нужно отметить, что в своих руководящих указаниях Вольфсбергская группа отмечает, что доходы от коррупции часто легализуются при помощи схем, обычно используемых для легализации денежных средств от других видов преступлений.
Современная российская*(156) коррупция в самом общем понятии данного определения является неотъемлемой частью фундаментальной основы сложной системы общественных отношений. Специфической особенностью коррупции в России является ее трансформация из серьезной, но локальной проблемы, присущей функционированию любого мирового государства, в системообразующее явление, формирующее мировоззрение и определяющее жизненные принципы граждан страны. Как следствие, коррупция в России является основной внутриполитической проблемой административного управления государством, призванного обеспечить позитивный вектор развития общества в целом*(157).
Вместе с тем необходимо отметить, что коррупция, являясь внутрисистемным явлением, оказывает ярко выраженное негативное воздействие на внешнеполитическое восприятие и позиционирование страны как современного государства, отвечающего нормам международных стандартов. Так происходит в большинстве стран постсоветского пространства. Сегодня коррупция в странах постсоветского пространства непосредственно затрагивает и формирует экономические, политические, финансовые, социальные, моральные, этические аспекты жизни общества. Поэтому, говоря о коррупции, мы должны рассматривать ее прежде всего как особо острую идеологическую проблему государства*(158).
Общей приоритетной задачей любого государства ЕврАзЭС в сфере противодействия коррупции является устранение причин и условий, которые коррупцию порождают. Противодействие коррупции должно начинаться с профилактики существующих и возможных коррупционных тенденций и опираться на предупреждение возможных коррупционных явлений в обществе и в его составной части - государственном аппарате. При этом в государстве необходимо наличие антикоррупционной политики, комплексно включающей все сферы, где коррупционные проявления возможны. На национальном уровне данная проблема в Российской Федерации руководством страны осознана и обозначена в качестве одного из приоритетов в Послании Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации: "...Седьмое. Нашей принципиальной задачей остается борьба с коррупцией. Считаю, что мы должны самым внимательным образом анализировать исполнение уже принятых решений и двигаться дальше..."*(159). По оценке Президента Российской Федерации: "...Важная тема, которую мы тоже сегодня упомянули, - это взаимосвязь между коррупцией и инвестиционным климатом. Именно под этим углом я и предлагаю посмотреть на проблему Правительству в лице его руководства и соответствующих профильных министерств. Это действительно важнейшая составляющая инвестиционного климата. Мы не так давно совещание проводили по этому поводу. Нужно продолжать работать..."*(160).
На наднациональном уровне Российская Федерация и страны постсоветского пространства присоединяются к международным документам (конвенции, договоры, соглашения) и институтам в антикоррупционном сфере (например, Группа "Греко"). Вместе с тем проблема коррупции не оставлена без внимания и с точки зрения сферы ПОД/ФТ - ведь зачастую коррупционный капитал составляет существенную часть денежных средств, полученных преступным путем, которые пытаются легализовать и интегрировать в легальный сектор экономики.
Как же трактуется понятие коррупции согласно международным нормам и стандартом и как такая трактовка связана со сферой ПОД/ФТ?
В Межамериканской конвенции против коррупции, подписанной государствами - участниками Организации американских государств 29 марта 1996 года в столице Венесуэлы г. Каракас, наряду с вымогательством или получением правительственными чиновником или лицом, которое выполняет государственные обязанности, любого предмета, имеющего денежную стоимость, или иной выгоды в виде подарка, услуги, обещания или преимущества для себя или иного физического или юридического лица в обмен на любое действие или несовершение действия при исполнении им своих государственных обязанностей, а также предложением или предоставлением таких предметов или выгод, к случаям коррупции также отнесены: "любое действие или несовершение действия при исполнении своих обязанностей правительственным чиновником или лицом, выполняющим государственные обязанности, в целях незаконного получения выгоды для себя или третьего лица"; "ненадлежащее использование правительственным чиновником или лицом, исполняющим государственные обязанности, для своей выгоды или выгоды третьего лица любого имущества, принадлежащего государству или любой компании или учреждению, в которых государство имеет имущественную долю, к которому чиновник или лицо, исполняющее государственные обязанности, имеет доступ вследствие или в процессе исполнения своих обязанностей"; "переадресование правительственным чиновником и целях, не связанных с теми, для которых они были предназначены, для своей выгоды или выгоды третьего лица любого принадлежащего государству движимого или недвижимого имущества, денежных средств или ценных бумаг, которые такой чиновник получил вследствие своего служебного положения с целью распоряжения, хранения или по другой причине, независимому учреждению или частному лицу", а также ряд других случаев, где чиновники или лица, исполняющие государственные обязанности, используют служебное положение в корыстных или личных целях*(161). В пособии "Системы общегосударственной этики поведения", подготовленном общественной организацией "Транспаренси Интернэшнл", "коррупция" определяется как "такой образ действия государственных служащих (будь то политики или чиновники), когда они вопреки нормам закона и морали обогащаются сами и способствуют обогащению своих приближенных путем злоупотребления власти, которой они наделены"*(162).
Существуют также доктринальные толкования понятия "коррупция" со стороны научного сообщества. В частности, в проекте Национальной антикоррупционной политики, подготовленном на базе Самарской государственной академии права, коррупция, определяется как "...противоправное или не предусмотренное правом предоставление или получение (а равно выражение намерения предоставления или получения) материальных и нематериальных преимуществ, благ в результате реализации полномочий субъектами властно-публичной деятельности либо использования ими должностного положения в целях, несовместимых с интересами публичного управления, сопровождающееся нарушением принципов справедливости в организации и осуществлении государственной власти и местного самоуправления, разумной достаточности и минимизации властно-публичных средств в жизнедеятельности гражданского общества. Таким образом, имеет место внеправовой способ реализации властных полномочий должностными лицами сектора публичного управления. При этом патогенность коррупции обусловлена отношениями обмена или принуждения (одностороннего стимулирующего воздействия) с целью получения материальных или нематериальных благ или преимуществ"*(163).
Коррупция - это социальное явление, заключающееся в разложении власти, когда государственные служащие и иные лица, уполномоченные на выполнение государственных функций, используют свое служебное положение, статус и авторитет занимаемой должности в корыстных целях для личного обогащения или в групповых интересов*(164).
В конце 2008 г. в России был принят федеральной закон N 273-ФЗ "О противодействии коррупции" от 25 декабря 2008 г., содержащий определение коррупции и связанных с нею понятий.
В частности, статья 2 данного Закона определила, что коррупция - это:
а) злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами;
б) совершение деяний, указанных в подпункте "а" настоящего пункта, от имени или в интересах юридического лица;
Этой же статьей определено понятие противодействия коррупции как деятельность федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, институтов гражданского общества, организаций и физических лиц в пределах их полномочий:
а) по предупреждению коррупции, в том числе по выявлению и последующему устранению причин коррупции (профилактика коррупции);
б) по выявлению, предупреждению, пресечению, раскрытию и расследованию коррупционных правонарушений (борьба с коррупцией);
в) по минимизации и (или) ликвидации последствий коррупционных правонарушений.
На наш взгляд, можно констатировать, что до принятия профильного Закона понятие "коррупция" не имело четкого правового определения в российском законодательстве и подчас использовалось с различным содержанием. Принятием же данного Закона Российская Федерация смогла приблизиться к стандартам развитых зарубежных стран и получила возможность выработки, дальнейшего развития и совершенствования государственной антикоррупционной политики.
Если обратиться к целевой трактовке понятия "коррупция" для целей ФАТФ и сферы ПОД/ФТ, то данное понятие можно определить как использование государственной должности для получения личной выгоды*(165). Считается, что такое определение в целом отражает различные незаконные поступки и действия, в том числе присвоение чужой собственности (при которой принадлежащие государству денежные средства или имущество используются государственным должностным лицом для получения личной выгоды) и злоупотребление служебным положением (при котором коррумпированный чиновник имеет личный интерес в решениях, принимаемых им в качестве государственного должностного лица). Такое определение также включает такое деяние, как "взяточничество", причем как с "требующей стороны", когда должностное государственное лицо берет взятку (что иногда называется "пассивным взяточничеством"), так и с "дающей стороны", когда физическое или юридическое лицо предлагает взятку (что иногда называется "активным" взяточничеством). Анализ коррупции и антикоррупционной политики для стран ЕврАзЭС не должен ограничиваться только операциями с участием политических деятелей, как этот термин определен согласно Рекомендациям ФАТФ, но помимо этого должен распространяться и на чиновников (включая членов их семей и близкие связи), деловые отношения и компании, чьи коррупционные операции могут оказаться в сфере компетенции подотчетных (сообщающих) организаций.
Однако понятие "коррупция" обычно не включает злоупотребление служебным положением для получения незаконной личной выгоды, например, между двумя негосударственными юридическими лицами и/или физическими лицами. Хотя согласно Конвенции ООН против коррупции статья 21 оговаривает возможность подкупа применительно к частному сектору.
Самым всеобъемлющим и применяемым в глобальном масштабе тематическим международным документом о противодействии коррупции на данный момент является Конвенция ООН против коррупции, принятая Резолюцией 58/4 Генеральной Ассамблеи от 31 октября 2003 г.*(166) Конвенция охватывает самые различные направления борьбы с коррупцией.
Считается, что положения Конвенции ООН против коррупции являются международным стандартом в области политики, направленной на противодействие коррупции. Положения Конвенции настолько важны для обеспечения эффективного режима ПОД/ФТ, что в Рекомендации 36 ФАТФ содержится безусловное требование о ратификации Конвенции. Международным сообществом признается, что при надлежащей реализации меры антикоррупционного контроля помогают снизить уровень коррупции, так как их применение существенно затрудняет незаметное/скрытное перемещение/перевод финансовых средств, полученных в результате коррупционных преступлений, а также препятствует участию в коррупционной деятельности*(167).
Рассмотрим Конвенцию более подробно, в том числе с учетом ее связи со стандартами ФАТФ. Прежде всего Конвенция оговаривает круг лиц, имеющих наибольшие полномочия вследствие, как правило, занимаемой должности, а потому наиболее подверженных коррупции. Причем речь в данном случае будет идти именно о злоупотребления полномочиями в ущерб государственным и/или общественным интересам в целях незаконного обогащения. То есть из общества выделяется круг лиц - субъектов, применительно к которым используется специальная терминология. Эти субъекты (лица) именуются "публичные должностные лица", "политически значимые лица" и т.д. Точно так же стандарты ФАТФ в профильной Рекомендации 12 определяют приоритетный круг лиц, которые подвержены коррупции и коррупция которых может нанести существенный ущерб. То есть при изучении профильной Рекомендации ФАТФ нужно обратить внимание, что только лица определенного уровня попадают в фокус особого внимания (на них обращают внимание в первую очередь при соблюдении ряда условий). Данная особенность связана с тем фактом, что при построении систем внутреннего контроля сообщающим субъектам сферы ПОД/ФТ приходится выбирать (на основе риск-ориентированного подхода), на что направить свои усилия. И в этой связи группа "власть имущих" представляется наиболее перспективной аудиторией, имеющей повышенный риск.
В документе ФАТФ, посвященном вопросам легализации доходов от коррупции, сделан вывод о том, что серьезные коррупционные преступления являются бессмысленными и бесполезными без участия в них политического деятеля, обладающего дополнительными возможностями для увода и сокрытия доходов от совершенного им преступления*(168).
Конвенцией регулируются вопросы терминологического аппарата (ст. 2): а) "публичное должностное лицо" означает:
i) любое назначаемое или избираемое лицо, занимающее какую-либо должность в законодательном, исполнительном, административном или судебном органе Государства-участника на постоянной или временной основе, за плату или без оплаты труда независимо от уровня должности этого лица;
ii) любое другое лицо, выполняющее какую-либо публичную функцию, в том числе для публичного ведомства или публичного предприятия, или предоставляющее какую-либо публичную услугу, как это определяется во внутреннем законодательстве Государства-участника и как это применяется в соответствующей области правового регулирования этого Государства-участника;
iii) любое другое лицо, определяемое в качестве "публичного должностного лица" во внутреннем законодательстве Государства-участника. Тем не менее для целей принятия некоторых конкретных мер, предусмотренных главой II настоящей Конвенции, "публичное должностное лицо" может означать любое лицо, выполняющее какую-либо публичную функцию или предоставляющее какую-либо публичную услугу, как это определяется во внутреннем законодательстве Государства-участника и как это применяется в соответствующей области правового регулирования этого Государства-участника;
b) "иностранное публичное должностное лицо" означает любое назначаемое или избираемое лицо, занимающее какую-либо должность в законодательном, исполнительном, административном или судебном органе иностранного государства, и любое лицо, выполняющее какую-либо публичную функцию для иностранного государства, в том числе для публичного ведомства или публичного предприятия;
c) "должностное лицо публичной международной организации" означает международного гражданского служащего или любое лицо, которое уполномочено такой организацией действовать от ее имени;
d) "имущество" означает любые активы, будь то материальные или нематериальные, движимые или недвижимые, выраженные в вещах или в правах, а также юридические документы или акты, подтверждающие право собственности на такие активы или интерес в них;
e) "доходы от преступления" означают любое имущество, приобретенное или полученное, прямо или косвенно, в результате совершения какого-либо преступления;
f) "приостановление операций (замораживание)" или "арест" означают временное запрещение передачи, преобразования, отчуждения или передвижения имущества, или временное вступление во владение таким имуществом, или временное осуществление контроля над ним по постановлению суда или другого компетентного органа;
g) "конфискация" означает окончательное лишение имущества по постановлению суда или другого компетентного органа;
h) "основное правонарушение" означает любое правонарушение, в результате которого были получены доходы, в отношении которых могут быть совершены указанные в статье 23 настоящей Конвенции деяния, образующие состав преступления;
i) "контролируемая поставка" означает метод, при котором допускается вывоз, провоз или ввоз на территорию одного или нескольких государств незаконных или вызывающих подозрение партий груза с ведома и под надзором их компетентных органов в целях расследования какого-либо преступления и выявления лиц, участвующих в совершении этого преступления.
Практически все термины из данной Конвенции корреспондируются с рекомендациями ФАТФ (равно как и термины Венской, Палермской или других конвенций)*(169). Следует отметить, что Конвенции ООН и их терминологический аппарат, на наш взгляд, имеют некую преемственность, а Рекомендации ФАТФ основываются в том числе и на таких Конвенциях.
Глава II Конвенции "Меры по предупреждению коррупции" регулирует основные моменты, которые могут потребоваться государствам при выработке своей антикоррупционной политики, такие как политика и практика предупреждения и противодействия коррупции (ст. 5), орган или органы по предупреждению и противодействию коррупции (ст. 6), на которые возложено "...проведение политики, упомянутой в статье 5 настоящей Конвенции, и, в надлежащих случаях, осуществление надзора и координации проведения такой политики...", публичный сектор (ст. 7), в т.ч. "...усилить прозрачность в финансировании кандидатур на избираемые публичные должности и, где это применимо, финансировании политических партий...", кодексы поведения публичных должностных лиц (ст. 8), публичные закупки и управление публичными финансами (ст. 9), публичная отчетность (ст. 10), меры в отношении судебных органов и органов прокуратуры - в части независимости (ст. 11), частный сектор (ст. 12), участие общества (ст. 13).
Согласно ст. 14 "Меры по предупреждению отмывания денежных средств" каждое государство-участник Конвенции:
1.
a) устанавливает всеобъемлющий внутренний режим регулирования и надзора в отношении банков и небанковских финансовых учреждений, в том числе физических или юридических лиц, предоставляющих официальные или неофициальные услуги в связи с переводом денежных средств или ценностей, а также, в надлежащих случаях, других органов, являющихся особо уязвимыми с точки зрения отмывания денежных средств, в пределах своей компетенции, в целях недопущения и выявления всех форм отмывания денежных средств, причем такой режим основывается в первую очередь на требованиях в отношении идентификации личности клиента и, в надлежащих случаях, собственника-бенефициара, ведения отчетности и предоставления сообщений о подозрительных сделках;
b) без ущерба для статьи 46 настоящей Конвенции, обеспечивает, чтобы административные, регулирующие, правоохранительные и другие органы, ведущие борьбу с отмыванием денежных средств (в том числе, когда это соответствует внутреннему законодательству, и судебные органы) были способны осуществлять сотрудничество и обмен информацией на национальном и международном уровнях на условиях, устанавливаемых его внутренним законодательством, и в этих целях рассматривает вопрос об учреждении подразделения по финансовой оперативной информации, которое будет действовать в качестве национального центра для сбора, анализа и распространения информации, касающейся возможных случаев отмывания денежных средств.
2. Государства-участники рассматривают вопрос о применении практически возможных мер по выявлению перемещения наличных денежных средств и соответствующих оборотных инструментов через их границы и по контролю за таким перемещением при условии соблюдения гарантий, направленных на обеспечение надлежащего использования информации, и не создавая каких-либо препятствий перемещению законного капитала. Такие меры могут включать требование о том, чтобы физические лица и коммерческие предприятия сообщали о трансграничных переводах значительных объемов наличных денежных средств и передачах соответствующих оборотных инструментов.
3. Государства-участники рассматривают вопрос о применении надлежащих и практически возможных мер для установления требования о том, чтобы финансовые учреждения, включая учреждения по переводу денежных средств:
a) включали в формуляры для электронного перевода средств и связанные с ними сообщения точную и содержательную информацию об отправителе;
b) сохраняли такую информацию по всей цепочке осуществления платежа;
c) проводили углубленную проверку переводов средств в случае отсутствия полной информации об отправителе.
4. При установлении внутреннего режима регулирования и надзора согласно положениям настоящей статьи и без ущерба для любой другой статьи настоящей Конвенции Государствам-участникам предлагается руководствоваться соответствующими инициативами региональных, межрегиональных и многосторонних организаций, направленными против отмывания денежных средств.
5. Государства-участники стремятся к развитию и поощрению глобального, регионального, субрегионального и двустороннего сотрудничества между судебными и правоохранительными органами, а также органами финансового регулирования в целях борьбы с отмыванием денежных средств.
В Главе III Конвенции даются определения понятий "подкуп национальных публичных должностных лиц" (ст. 15) и "подкуп иностранных публичных должностных лиц и должностных лиц публичных международных организаций" (ст. 16). Там же устанавливаются требования по криминализации данных деяний.
В частности, под подкупом национальных публичных должностных лиц понимается:
a) обещание, предложение или предоставление публичному должностному лицу, лично или через посредников, какого-либо неправомерного преимущества для самого должностного лица или иного физического или юридического лица, с тем чтобы это должностное лицо совершило какое-либо действие или бездействие при выполнении своих должностных обязанностей;
b) вымогательство или принятие публичным должностным лицом, лично или через посредников, какого-либо неправомерного преимущества для самого должностного лица или иного физического или юридического лица, с тем чтобы это должностное лицо совершило какое-либо действие или бездействие при выполнении своих должностных обязанностей.
Под подкупом иностранных публичных должностных лиц или должностному лицу публичной международной организации понимается: предложение или предоставление иностранному публичному должностному лицу или должностному лицу публичной международной организации, лично или через посредников, какого-либо неправомерного преимущества для самого должностного лица или иного физического или юридического лица, с тем чтобы это должностное лицо совершило какое-либо действие или бездействие при выполнении своих должностных обязанностей для получения или сохранения коммерческого или иного неправомерного преимущества в связи с ведением международных дел.
В разделе III освещаются вопросы содержания и криминализации таких деяний, как:
- хищение, неправомерное присвоение или иное нецелевое использование имущества публичным должностным лицом (ст. 17);
- злоупотребление влиянием в корыстных целях (ст. 18);
- злоупотребление служебным положением (ст. 19);
- незаконное обогащение - при условии соблюдения своей конституции и основополагающих принципов своей правовой системы каждое Государство-участник рассматривает возможность принятия таких законодательных и других мер, какие могут потребоваться, с тем чтобы признать в качестве уголовно наказуемого деяния, когда оно совершается умышленно, незаконное обогащение, т.е. значительное увеличение активов публичного должностного лица, превышающее его законные доходы, которое оно не может разумным образом обосновать, (ст. 20)*(170).
- подкуп в частном секторе (ст. 21);
- хищение имущества в частном секторе (ст. 22).
Ключевой статьей применительно к сфере ПОД/ФТ является статья 23 Конвенции "Отмывание доходов от преступлений":
"1. Каждое Государство-участник Конвенции принимает в соответствии с основополагающими принципами своего внутреннего законодательства такие законодательные и другие меры, какие могут потребоваться, с тем чтобы признать в качестве уголовно наказуемых следующие деяния, когда они совершаются умышленно:
a) i) конверсию или перевод имущества, если известно, что такое имущество представляет собой доходы от преступлений, в целях сокрытия или утаивания преступного источника этого имущества или в целях оказания помощи любому лицу, участвующему в совершении основного правонарушения, с тем чтобы оно могло уклониться от ответственности за свои деяния;
ii) сокрытие или утаивание подлинного характера, источника, местонахождения, способа распоряжения, перемещения, прав на имущество или его принадлежность, если известно, что такое имущество представляет собой доходы от преступлений;
b) при условии соблюдения основных принципов своей правовой системы:
i) приобретение, владение или использование имущества, если в момент его получения известно, что такое имущество представляет собой доходы от преступлений;
ii) участие, причастность или вступление в сговор с целью совершения любого из преступлений, признанных таковыми в соответствии с настоящей статьей, покушение на его совершение, а также пособничество, подстрекательство, содействие или дача советов при его совершении.
2. Для целей осуществления или применения пункта 1 настоящей статьи:
a) каждое Государство-участник стремится применять пункт 1 настоящей статьи к самому широкому кругу основных правонарушений;
b) каждое Государство-участник включает в число основных правонарушений, как минимум, всеобъемлющий круг преступлений, признанных таковыми в соответствии с настоящей Конвенцией;
c) для целей подпункта (b) выше основные правонарушения включают преступления, совершенные как в пределах, так и за пределами юрисдикции соответствующего Государства-участника. Однако преступления, совершенные за пределами юрисдикции какого-либо Государства-участника, представляют собой основные правонарушения только при условии, что соответствующее деяние является уголовно наказуемым согласно внутреннему законодательству государства, в котором оно совершено, и было бы уголовно наказуемым согласно внутреннему законодательству Государства-участника, в котором осуществляется или применяется настоящая статья, если бы оно было совершено в нем;
d) каждое Государство-участник представляет Генеральному секретарю Организации Объединенных Наций тексты своих законов, обеспечивающих осуществление положений настоящей статьи, а также тексты любых последующих изменений к таким законам или их описание;
e) если этого требуют основополагающие принципы внутреннего законодательства Государства-участника, то можно предусмотреть, что преступления, указанные в пункте 1 настоящей статьи, не относятся к лицам, совершившим основное правонарушение".
Также в главе III Конвенции устанавливаются требования касательно самого широкого круга вопросов, в т.ч. связанных с ОД/ФТ:
Сокрытие (ст. 24), воспрепятствование осуществлению правосудия (ст. 25), Ответственность юридических лиц (ст. 26), Участие и покушение (ст. 27), Осознание, намерение и умысел как элементы преступления (ст. 28), срок давности (ст. 29), преследование, вынесение судебного решения и санкции (ст. 30), Приостановление операций (замораживание), арест и конфискация (ст. 31), Защита свидетелей, экспертов и потерпевших (ст. 32), Защита сообщающих информацию лиц (ст. 33), Последствия коррупционных деяний (ст. 34), Компенсация ущерба (ст. 35), Специализированные органы (ст. 36), Сотрудничество с правоохранительными органами (ст. 37), Сотрудничество между национальными органами (ст. 38), Сотрудничество между национальными органами и частным сектором (ст. 39), Банковская тайна (ст. 40), Сведения о судимости (ст. 41), Юрисдикция (ст. 42).
В главе IV Конвенции рассматриваются вопросы международного сотрудничества, такие как Выдача (ст. 44), Передача осужденных лиц (ст. 45), Взаимная правовая помощь (ст. 46), Передача уголовного производства (ст. 47), Сотрудничество между правоохранительными органами (ст. 48), Совместные расследования (ст. 49), Специальные методы расследования (ст. 50). Практически все указанные статьи корреспондируются с Рекомендациями ФАТФ (Рекомендации 36-40), касающимися международного сотрудничества.
В главе V Конвенции освещаются вопросы возвращения активов. Согласно статье 51 Конвенции "возвращение активов согласно настоящей главе представляет собой основополагающий принцип настоящей Конвенции, и Государства-участники самым широким образом сотрудничают друг с другом и предоставляют друг другу помощь в этом отношении". В данной главе в контексте ПОД/ФТ особый интерес представляет ст. 52, касающаяся, предупреждения и выявления переводов доходов от преступлений. Согласно содержанию данной статьи:
"...1. Без ущерба для статьи 14 настоящей Конвенции каждое Государство-участник принимает такие меры, какие могут потребоваться, в соответствии с его внутренним законодательством, с тем чтобы потребовать от финансовых учреждений, на которые распространяется его юрисдикция, проверять личность клиентов, принимать разумные меры для установления личности собственников-бенефициаров средств, депонированных на счетах с большим объемом средств, и осуществлять более жесткие меры контроля в отношении счетов, которые пытаются открыть или которые ведутся лицами, обладающими или обладавшими значительными публичными полномочиями, членами их семей и тесно связанными с ними партнерами или от имени любых вышеперечисленных лиц. Такие более жесткие меры контроля в разумной степени призваны выявлять подозрительные операции для целей представления информации о них компетентным органам, и они не должны толковаться как препятствующие или запрещающие финансовым учреждениям вести дела с любым законным клиентом.
2. С целью содействия осуществлению мер, предусмотренных в пункте 1 настоящей статьи, каждое Государство-участник, в соответствии со своим внутренним законодательством и руководствуясь соответствующими инициативами региональных, межрегиональных и многосторонних организаций по противодействию отмыванию денежных средств:
a) издает рекомендательные указания применительно к тем категориям физических или юридических лиц, в отношении счетов которых от финансовых учреждений, на которые распространяется его юрисдикция, будет ожидаться применение более жестких мер контроля, к видам счетов и операций, которым следует уделять особое внимание, и к надлежащим мерам по открытию и ведению счетов, а также ведению отчетности по счетам, которые следует принять в отношении таких счетов; и
b) в надлежащих случаях уведомляет финансовые учреждения, на которые распространяется его юрисдикция, по просьбе другого Государства-участника или по своей собственной инициативе, о личности конкретных физических или юридических лиц, в отношении счетов которых от таких учреждений будет ожидаться применение более жестких мер контроля, в дополнение к тем лицам, личности которых финансовые учреждения могут установить в ином порядке.
3. В контексте пункта 2 (а) настоящей статьи каждое Государство-участник осуществляет меры для обеспечения того, чтобы его финансовые учреждения сохраняли, в течение надлежащего срока, должную отчетность о счетах и операциях, к которым причастны лица, упомянутые в пункте 1 настоящей статьи, в которую должна включаться, как минимум, информация, касающаяся личности клиента, а также, насколько это возможно, собственника-бенефициара.
4. С целью предупреждения и выявления переводов доходов от преступлений, признанных таковыми в соответствии с настоящей Конвенцией, каждое Государство-участник осуществляет надлежащие и действенные меры для предупреждения, при помощи своих регулирующих и надзорных органов, учреждения банков, которые не имеют физического присутствия и которые не аффилированы с какой-либо регулируемой финансовой группой. Кроме того, Государства-участники могут рассмотреть возможность установления по отношению к своим финансовым учреждениям требования отказываться вступать в корреспондентские банковские отношения с такими учреждениями или продолжать такие отношения, а также остерегаться устанавливать отношения с иностранными финансовыми учреждениями, разрешающими использование счетов в них банками, которые не имеют физического присутствия или которые не аффилированы с какой-либо регулируемой финансовой группой.
5. Каждое Государство-участник рассматривает возможность создания, в соответствии со своим внутренним законодательством, эффективных систем, предусматривающих раскрытие финансовой информации относительно соответствующих публичных должностных лиц, и устанавливает надлежащие санкции за несоблюдение этих требований. Каждое Государство-участник также рассматривает возможность принятия таких мер, какие могут потребоваться, с тем чтобы позволить своим компетентным органам осуществлять обмен такой информацией с компетентными органами в других Государствах-участниках, когда это необходимо для расследования, заявления прав и принятия мер по возвращению доходов от преступлений, признанных таковыми в соответствии с настоящей Конвенцией.
6. Каждое Государство-участник рассматривает возможность принятия таких мер, какие могут потребоваться, в соответствии с его внутренним законодательством, с тем чтобы установить для соответствующих публичных должностных лиц, имеющих интерес или право подписи, или другое уполномочие в отношении какого-либо финансового счета в какой-либо иностранной стране, требование сообщать об этом надлежащим органам и вести надлежащую отчетность, касающуюся таких счетов. Такие меры также предусматривают применение надлежащих санкций за невыполнение этих требований...". В данном случае статья 52 корреспондируется с требованиями рекомендаций ФАТФ, касающихся, в том числе публичных должностных лиц (Рекомендация 12), прозрачности юридических лиц и образований (Рекомендации 24 и 25), мер надлежащей проверки клиентов (Рекомендация 10) и ряда других.
Также в рамках главы V Конвенции (ст. 53 и 54) регулируются вопросы непосредственного возвращения имущества и изъятия имущества посредством международного сотрудничества в деле конфискации. При этом подпунктом b) статьи 54 оговаривается, что "Каждое Государство-участник в целях предоставления взаимной правовой помощи согласно статье 55 настоящей Конвенции в отношении имущества, приобретенного в результате совершения какого-либо из преступлений, признанных таковыми в соответствии с настоящей Конвенцией, или использованного при совершении таких преступлений, в соответствии со своим внутренним законодательством:...
b) принимает такие меры, какие могут потребоваться, с тем чтобы позволить своим компетентным органам, в пределах их юрисдикции, выносить постановления о конфискации такого имущества иностранного происхождения при вынесении судебного решения в связи с преступлениями отмывания денежных средств или такими другими преступлениями, которые могут подпадать под его юрисдикцию, или при использовании других процедур, разрешенных его внутренним законодательством;...".
Помимо этого в главе V Конвенции оговариваются такие вопросы, как международное сотрудничество в целях конфискации (ст. 55), специальное сотрудничество (ст. 56), возвращение активов и распоряжение ими (ст. 57).
В главе V Конвенции в статье 58 упомянуты подразделения для сбора оперативной финансовой информации - Государства-участники сотрудничают друг с другом в целях предупреждения перевода доходов от преступлений, признанных таковыми в соответствии с Конвенцией, и борьбы с ним, а также содействия использованию путей и способов изъятия таких доходов и в этих целях рассматривают вопрос о создании подразделения для сбора оперативной финансовой информации, которое будет нести ответственность за получение, анализ и направление компетентным органам сообщений о подозрительных финансовых операциях. К числу таких подразделений нужно, на наш взгляд, прежде всего отнести подразделения финансовой разведки (Рекомендация 29 ФАТФ). В заключение главы V оговаривается (ст. 59), что Государства-участники рассматривают возможность заключения двусторонних или многосторонних соглашений или договоренностей для повышения эффективности международного сотрудничества, осуществляемого согласно настоящей главе Конвенции.
Глава VI Конвенции посвящена технической помощи и обмену информацией. В контексте антикоррупционной политики интересна будет статья 60: "...b) создание потенциала в области разработки и планирования стратегической политики противодействия коррупции..." и ст. 61 "...3. Каждое Государство-участник рассматривает возможность осуществления контроля за своей политикой и практическими мерами по борьбе с коррупцией, а также проведения оценки их эффективности и действенности...". Данные постулаты корреспондируются, на наш взгляд, с требованиями Рекомендаций ФАТФ: 2 - национальное сотрудничество и координация и 1 - риск-ориентированный подход (в части оценки рисков ОД/ФТ).
Помимо рассмотренной нами глобальной Конвенции ООН против коррупции существуют и иные документы, в т.ч. регионального характера, которые могут быть полезны при изучении данного вопроса и могут оказывать существенное влияние на антикоррупционную политику стран ЕврАзЭС, в т.ч. путем установления неких ориентиров, требований и стандартов. Вместе с тем, как нужно отметить, Конвенция ООН против коррупции создает основу для сотрудничества участвующих в ней государств в сфере выявления, конфискации и возращения активов, полученных в результате совершения преступлений, в том числе коррупционной направленности, и объединяет многие предыдущие региональные (включая европейские) документы в один документ, содержащий набор унифицированных требований к странам, имплементирующим ее в национальное законодательство.
Более 160 стран ратифицировали Конвенцию ООН против коррупции. На Конференции стран-членов Конвенции ООН против коррупции была достигнута договоренность о проведении и о порядке проведения взаимных оценок. В ходе Конференции стран-членов Конвенции ООН против коррупции был установлен график проведения обзора, предусматривающий анализ выполнения Конвенции ООН против коррупции в два этапа (каждый этап продолжительностью пять лет)*(171). Данный механизм оценок, известный как "механизм обзора выполнения Конвенции", на наш взгляд, корреспондируется с процедурами взаимной оценки ФАТФ.
Краткие обзоры отчетов об анализе мер, принимаемых странами, размещены на сайте УНП ООН на нескольких языках. Необходимо понимать, что, хотя ратификация Конвенции ООН против коррупции и является определенным свидетельством того, что конкретная страна или юрисдикция стремится бороться с коррупцией, финансовые учреждения и правительства не должны полагаться лишь на то, что сам факт такой ратификации автоматически обеспечит реальное выполнение на практике положений данной Конвенции.
Применительно к своей компетенции ФАТФ располагает двумя механизмами*(172) для оценки выполнения своих Рекомендаций. Первый механизм - это процесс проведения взаимных оценок, в рамках которого члены ФАТФ и страны-члены Региональных групп по типу ФАТФ (РГТФ) согласовывают проведение своей собственной оценки другими членами с последующей публикацией (как правило, открытой) результатов такой оценки. Вторым механизмом является процедура, осуществляемая специализированной Рабочей группой ФАТФ по обзору международного сотрудничества. В рамках такой процедуры публично объявляются страны, представляющие высокой риск и/или не участвующие в сотрудничестве, с которыми данная Рабочая группа разрабатывает рабочие планы. Такие страны на основании составленных планов подлежат усиленному мониторингу. Планы должны выполняться соответствующими странами с целью гарантированного обеспечения полноценного национального режима ПОД/ФТ. Оба данных механизма являются крайне ценными источниками информации о качестве и состоянии национального режима ПОД/ФТ, а сама информация, в свою очередь, указывает на риск отмывания доходов от коррупции.
Другим важным документом, связанным с данной тематикой, является, на наш взгляд, Конвенция*(173) по борьбе с подкупом иностранных должностных лиц при осуществлении международных коммерческих сделок. Согласно статье 1 данной Конвенции термин "иностранное должностное лицо" означает любое лицо, занимающее назначаемую или выборную должность в органе законодательной, исполнительной или судебной власти иностранного государства, любое лицо, отправляющее государственные функции для иностранного государства, в том числе и для государственного органа, предприятия или учреждения, а также любое должностное лицо или представителя международной организации. Согласно статье 7 "Отмывание денег" данной Конвенции "...Каждая Сторона, которая установила, что подкуп национальных должностных лиц относится к числу предикатных преступлений для целей применения законодательства о борьбе с отмыванием денег, относит к числу таких предикатных преступлений и подкуп иностранных должностных лиц вне зависимости от того, в каком месте был совершен подкуп...". Данный документ корреспондируется с Конвенцией ООН против коррупции и Рекомендациями ФАТФ.
Помимо данной Конвенции некоторые другие международные организации разработали инструментарий и механизмы профилактики коррупции. Ряд из них, также как и Конвенция ООН против коррупции, предусматривают проведение процедур взаимных оценок в выполнении содержащихся в них положений отдельными странами:
- Межамериканская конвенция против коррупции Организации американских государств и Механизм оценки прогресса выполнения этой Конвенции, в рамках которого комиссии экспертов проводят взаимные оценки с целью анализа реализации положений Конвенции и публикуют отчеты о прогрессе стран-участниц Конвенции;
- Конвенция ОЭСР по борьбе с подкупом должностных лиц*(174) иностранных государств при проведении международных деловых операций является более ограниченной по сравнению с другими многосторонними договорами, так как лишь запрещает ратифицировавшим ее странам заниматься подкупом при проведении международных деловых операций. Однако в ней содержатся положения по противодействию отмыванию денег, аналогичные положениям, установленным в стандартах ФАТФ и Конвенции ООН против коррупции. Созданная в рамках этой Конвенции Рабочая группа по противодействию подкупу при проведении международных деловых операций занимается проведением взаимных оценок и публикует отчеты о мерах, принимаемых для реализации положений Конвенции;
- Группа государств Совет Европы против коррупции (ГРЕКО) осуществляет мониторинг выполнения Конвенции об уголовной ответственности за коррупцию и Конвенции о гражданской ответственности за коррупцию и публикует результаты проводимых ею взаимных оценок;
- Конвенция ЕС о борьбе против коррупции должностных лиц Европейского Сообщества и должностных лиц государств - членов Европейского союза затрагивает вопросы активной и пассивной коррупции внутри государств-членов, а также на уровне ЕС. Недавно Европейская Комиссия объявила о намерении создать специальный механизм мониторинга и оценок ЕС ("Отчет ЕС о борьбе с коррупцией"), который будет реализован параллельно с участием ЕС в ГРЕКО.
В Конвенции*(175) Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию дается определение понятия "публичное должностное лицо", "...охватывает определения "должностное лицо", "публичный служащий", "мэр", "министр" или "судья", существующие в национальном праве государства, в котором данное лицо отправляет свою должность, как они применяются в уголовном праве этого государства...". Согласно статье 13 отмывание доходов от преступлений, связанных с коррупцией данного документа "...Каждая Сторона принимает такие законодательные и иные меры, которые могут потребоваться для того, чтобы признать в качестве уголовных правонарушений в соответствии с ее внутренним правом деяния, о которых говорится в пунктах 1 и 2 статьи 6 заключенной в рамках Совета Европы Конвенции об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности (СЕД N 141), при упомянутых в ней обстоятельствах, когда предполагаемое основное правонарушение является одним из уголовных правонарушений, признанных в качестве таковых в соответствии со статьями 2-12 настоящей Конвенции, если только Сторона не сделала оговорку или заявление в отношении этих правонарушений или не рассматривает такие правонарушения в качестве тяжких для целей своего законодательства, касающегося отмывания доходов...".
Существуют также и иные документы, которые в той или иной степени затрагивают проблематику коррупции. Но вместе с тем они, на наш взгляд, корреспондируются в целом с документами, рассмотренными нами выше. Что же касается рекомендаций ФАТФ, тематики ПОД/ФТ и антикоррупционной политики ЕврАзЭС, то наиболее четко данная связь прослеживается на уровне Рекомендации 12 ФАТФ, посвященной политически значимым лицам (или публичным должностным лицам). Именно данная категория лиц имеет самые широкие возможности для совершения коррупционных деяний виде занимаемой должности и властных полномочий.
Из рассмотренных нами международных документов видно, что под данную категорию попадают в основном лица, принимающие некие "политические" решения и располагающие должностным/административным ресурсом (а также их близкие родственники и связи). Обратимся непосредственно к тексту рекомендаций ФАТФ. Рекомендация 12 "Публичные должностные лица" гласит:
"...Финансовые учреждения должны быть обязаны в отношении иностранных публичных должностных лиц (ПДЛ) (будь то клиент или бенефициар), помимо применения обычных мер по надлежащей проверке клиентов: (а) использовать соответствующие системы управления рисками для определения того, является ли клиент или бенефициарный собственник публичным должностным лицом; (b) получать разрешение старшего руководства на установление (или продолжение для существующих клиентов) таких деловых отношений; (с) принимать разумные меры для установления источника благосостояния и источника денежных средств; и (d) осуществлять углубленный постоянный мониторинг деловых отношений.
Финансовые учреждения должны быть обязаны принимать разумные меры, позволяющие определить, является ли клиент или бенефициарный собственник ПДЛ своей страны или лицом, которому вверены или были вверены важные функции международной организацией. В случаях более высокого риска деловых отношений с такими лицами финансовые учреждения должны быть обязаны применять меры, указанные в пунктах (b), (с) и (d). Требования ко всем типам ПДЛ должны также распространяться на членов семей или лиц, близких к таким ПДЛ..."*(176).
В пояснительной записке в Рекомендации 12 говорится, что "...Финансовые учреждения должны принимать разумные меры для определения того, являются ли получатели полиса страхования жизни и/или, где необходимо, бенефициарный собственник получателя публичным должностным лицом. Это следует делать не позднее момента выплаты. При выявлении более высоких рисков в дополнение к выполнению обычных мер НПК финансовые учреждения должны быть обязаны: (а) информировать высшее руководство до момента выплаты средств по полису; и (b) проводить усиленную проверку всех отношений с держателем полиса и рассматривать вопрос о направлении сообщения о подозрительной сделке..."*(177).
Проверка согласно требованиям Рекомендации 12 является важнейшей мерой для выявления и пресечения отмывания доходов от коррупции. Смысл таких мер вполне очевиден: клиент, относящийся к категории публичных должностных лиц/политически значимых лиц, в силу своего статуса может представлять высокий риск отмывания денег. Однако, как отмечено в типологическом отчете ФАТФ*(178), противодействие отмыванию коррупционных доходов должно заключаться в обеспечении соответствующего уровня проверки политических деятелей, а эффективный режим ПОД/ФТ требует оценки коррупционного риска и обеспечения защиты от отмывания коррупционных доходов в рамках всего спектра клиентов и деловых отношений независимо от выявления участия политических деятелей, как они определены ФАТФ.
По итогам последних международных мероприятий в форматах G-8, G-20 и иных вырисовывается тренд на то, что политика ПОД/ФТ и антикоррупционная политика будут очень тесно связаны. Прежде всего это будет касаться вопросов выявления бенефициарных собственников юридических лиц и образований (Рекомендации 24 и 25), контроля политически значимых лиц (Рекомендации 12 и 22), включения в состав предикатных к отмыванию денежных средств налоговых преступлений.
Крупные транснациональные корпорации (ТНК) глобального масштаба применяют "налоговый арбитраж", стремясь не платить налоги ни в одной юрисдикции. Причем собственников и бенефициаров таких ТНК и связанных с ними юридических лиц и образований зачастую может быть очень сложно установить. Вместе с тем такие собственники могут быть политически значимыми лицами или действовать в их интересах. Коррупция и мошенничество в международном масштабе не были бы возможны в нынешнем виде, если бы в интересах теневого сектора не работала целая индустрия по выводу, сокрытию и отмыванию "грязных денег"*(179). К их услугам многочисленные оффшорные юрисдикции, "гавани", специальные инвестиционные банки, а также адвокаты, номинальные директора юридических лиц и образований.
Для многих государств крайнюю актуальность приобретает задача укрепления международно-правовой базы сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства с зарубежными государствами (юрисдикциями) с льготным налоговым режимом, не предусматривающими предоставление и раскрытие информации по проводимым финансовым операциям*(180). Рекомендации же ФАТФ и, как следствие из них, антикоррупционная политика государства во взаимосвязи с политикой в других областях - направлены как раз на преодоление данного негативного явления.
По справедливому, на наш взгляд, мнению ряда экспертов*(181), следует инициировать создание на межгосударственном уровне организации, наделенной широкими полномочиями по проведению расследований преступлений в сфере коррупции и мошенничества, связанных с трансграничным перемещением фигурантов и их капиталов. Также эксперты полагают необходимым сократить и удешевить путь по возврату похищенных и отмытых денег, ускорить принятие Директивы ЕС о замораживании и конфискации доходов, полученных преступным путем.
Определенная работа в этом направлении уже ведется. Так, Генеральная прокуратура России предлагает разработать международную конвенцию о возврате из-за рубежа имущества, полученного преступным путем. Это предложение было озвучено на проходящей в Москве 18-й конференции Международной ассоциации прокуроров заместителем генпрокурора России Звягинцевым, курирующим вопросы международного сотрудничества. По его мнению*(182), настало время заключить на универсальном или хотя бы на региональном уровне конвенции о возврате имущества, полученного преступным путем и конфискованного в результате международного сотрудничества. Заключение подобной конвенции будет, на взгляд представителя Генеральной прокуратуры России, способствовать возврату многомиллиардных доходов, полученных преступным путем и выведенных за границу.
Мы полагаем, что антикоррупционная политика государства не должна замыкаться только на понятии коррупции и противодействия ей. Также такая политика не должна замыкаться в границах отдельно взятого государства. Если говорить о странах ЕврАзЭС - то на постсоветском пространстве существуют возможность и достаточное количество форматов взаимодействия, которые могут эффективно увязать политику в сфере ПОД/ФТ/ФРОМУ и антикоррупционную политику. На наш взгляд, таким потенциалом обладают прежде всего ЕАГ, Совет руководителей подразделений финансовой разведки государств - участников СНГ, Евразийская экономическая комиссия, отраслевые органы ЕврАзЭС и СНГ. Перспективными могут быть разработка модельных антикоррупционных законов и подзаконных актов, в том числе наднационального характера, упрощение процедур розыска, ареста, замораживания, конфискации и возврата активов, экстрадиции. Также перспективу может иметь принятие региональных антикоррупционных конвенций в продолжение Конвенции ООН против коррупции. Политика же в области ПОД/ФТ каждого государства, основанная на Рекомендациях ФАТФ (прежде всего на блоке Рекомендаций, посвященных международному сотрудничеству, - Рекомендации 36-40), позволяет эффективно увязать вопросы двустороннего и многостороннего взаимодействия и в перспективе перейти к субрегиональной антикоррупционной политике, учитывая фактор ее взаимосвязи с политикой в области ПОД/ФТ/ФРОМУ.
При этом эффективность и согласованность антикоррупционной политики будут влиять на оценки стран в рамках проведения национальной оценки рисков в преддверии взаимных оценок, а возможность гармонизации на субрегиональном уровне позволит эффективно отстаивать согласованную позицию стран ЕврАзЭС перед ФАТФ.
- Актуальные вопросы развития национальных систем противодействия легализации преступных доходов и финансированию терроризма в государствах - членах ЕврАзЭс Введение
- 1.2. Конвенция оон о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ
- 2. Правовые и институциональные основы формирования системы под/фт в ес и других интеграционных образованиях
- 2.1. Рекомендации фатф как международный стандарт по противодействию отмыванию денег, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения. Опыт применения в ес
- 2.2. Деятельность иных международных организаций в области под/фт
- 3. Заимствование международного опыта для создания организационно-правовых основ под/фт в ЕврАзЭс
- Европейская система финансового надзора
- Европейский Комитет системных рисков
- Орган по банковскому надзору
- Объединенный комитет Европейских надзорных органов
- 1.2. Институциональные основы под/фт в государствах - членах ЕврАзЭс*(48)
- 1.2.1. Сравнительный анализ современного состояния институциональных основ под/фт в государствах - членах ЕврАзЭс*(49)
- Российская Федерация*(57)
- Белоруссия*(75)
- Казахстан*(77)
- Кыргызская Республика*(86)
- Республика Таджикистан*(88)
- Субрегиональный институциональный уровень под/фт на пространстве ЕврАзЭс*(95)
- Исследование путей и перспектив формирования институциональных основ финансового мониторинга в ЕврАзЭс
- Рассмотрение вопросов взаимодействия национальных подразделений финансовой разведки в рамках ЕврАзЭс
- 2. На ключевое место в новой редакции Рекомендаций выходит проблематика внедрения и применения риск-ориентированного подхода (Рекомендация 1)
- 3. В качестве предикатных (т.Е. Предшествующих преступлению отмывания денежных средств) включены налоговые преступления
- 4. В соответствии с новой редакцией стандартов фатф (Рекомендация 5) уточнено понятие преступления финансирования терроризма
- 5. Повышение требований к прозрачности публичных должностных лиц / политически значимых лиц
- 6. Повышение прозрачности юридических лиц
- 7. Повышение прозрачности безналичных переводов
- 8. Требования к финансовым группам по вопросам под/фт
- 9. Расширение международного сотрудничества
- Особенности имплементации новых Рекомендаций фатф в национальное законодательство России и других государств - членов ЕврАзЭс
- 1.4. Актуальные вопросы взаимосвязи и координации политики в области под/фт/фрому и антикоррупционной политики в ЕврАзЭс*(152)
- Выводы в отношении гармонизации национального законодательства государств - членов ЕврАзЭс сфере под/фт
- В отношении развития институциональных основ под/фт в государствах - членах ЕврАзЭс
- В отношении проблем и перспектив имплементации новой редакции Рекомендаций фатф в национальные законодательства государств - членов ЕврАзЭс
- Глава II. Проблемы и перспективы развития национальной системы под/фт применительно к банковскому сектору России
- 2.1. Особенности реализации международных противолегализационных процедур в российской банковской практике
- 2.2. Сущность, факторы и виды банковских рисков в сфере противодействия легализации доходов, полученных преступным путем
- Особенности проявления операционного риска при реализации в кредитной организации внутреннего контроля в целях под/фт
- 2.3. Инструменты управления специфическими банковскими рисками в области под/фт
- 2.4. Развитие нормативно-правового регулирования деятельности российских банков в сфере противодействия легализации доходов, полученных преступным путем